Сидя в застенках ОГПУ, в перерывах между пытками и допросами Св. Лука хлопочет о развитии гнойной хирургии в СССР. Так, 13 августа 1930 года он пишет заявление Председателю Совета Народных комиссаров СССР А.И. Рыкову:

«К сожалению, обстоятельства вынуждают меня хвалить себя, и я должен сказать, что чувствую в себе ещё очень большие научные силы и творческие способности, уже доказанные моими прежними работами, ибо я имею 15 т.н. изобретений, а мои способы регионарной анестезии приводятся в немецких учебниках. Я хотел бы всецело отдаться разработке гнойной хирургии, и моя давнишняя мечта – создание специальной клиники гнойной хирургии. Такой клиники нет ещё нигде на западе, и хорошо было бы, если бы она впервые возникла в СССР. Нужда в ней, несомненно, велика, ибо, как я говорил уже, врачи имеют после Университета очень слабую подготовку… я видел сотни примеров, как чрезвычайно плохо лечат гнойных больных. Даже во многих хирургических отделениях больниц, принято иметь особые помещения для гнойных больных, т.к. они угрожают заражением больных, по этой причине их почти не принимают в хирургические клиники. В гнойно-хирургической клинике, которая проектируется, студентам необходимо видеть больных и слышать побольше лекций о них. Необходима и большая исследовательская работа в области гнойной хирургии. Я надеюсь, Вы согласитесь с тем, что в интересах трудового народа предоставить в моё заведование такую клинику целесообразнее, чем хоронить меня…»

В том же письме Св. Лука характеризует себя как «универсально опытный» врач.

4 марта 1940 г. – еп. Лука в составе группы заключённых и сосланных на подводе прибыл из Красноярска в с. Большая Мурта. Он согласился работать в райбольнице за пищу и бельё. Платили ему 200 руб. за счёт вакантной ставки санитарки.

Ноябрь 1940 г. – еп. Лука получил из Москвы от наркома Ворошилова К.Е. разрешение на двухмесячную командировку в библиотеки г. Томска, о чем в автобиографии он пишет: «за два месяца уже успел перечитать всю новейшую литературу по гнойной хирургии на немецком, французском и английском языках».

31 января 1941 г. – еп. Лука в письме к сыну Михаилу пишет: «пришли англо-русский словарь. У меня большое огорчение – пропала присланная из Ташкента французская книга и часть рукописей. Заказываю в Ленинградской публичной библиотеке фотокопии и уже часть получил».

26 марта 1941 г. – еп. Лука пишет в письме врачу К.А. Шаминой в Красноярск: «Моя долгодневная научная работа настолько утомила меня, что я вынужден оставить её на время и отдохнуть на беллетристике».

22 июня 1941 г. – обращение митрополита Сергия – Патриаршего местоблюстителя – к народу: «Православная наша Церковь всегда разделяла судьбу народа. Не оставит она народ свой и теперь. Благословляет она небесным благословением и предстоящий всенародный подвиг.

22 июня 1941 г. — еп. Лука пришёл на приём к первому секретарю Большемуртинского РК ВКП (б) П. Мусальникову и заявил: «Я русский человек, квалифицированный врач-хирург, могу предложить свои услуги и помощь в лечении раненых солдат и офицеров нашей армии». П. Мусальников, видимо, объяснил, что это не в его компетенции и посоветовал написать в Москву. Следуя этому совету еп. Лука шлёт телеграмму Всесоюзному старосте М.И. Калинину: «Являясь специалистом по гнойной хирургии, могу оказать помощь воинам в условиях фронта или тыла, там, где будет мне доверено. Прошу ссылку мою прервать и направить в госпиталь. По окончании войны готов вернуться в ссылку».

20 июля 1941 г. – еп. Лука пишет в Сталинабад сыну Михаилу о скором завершении книги «которую буду просить издать экстренно, в виду большой важности её для военно-полевой хирургии. В Мурте нашёлся специалист-график, работавший прежде в Госиздате. Он сделал мне прекрасные эскизы рисунков. Он говорит, что теперь выпуск книг чрезвычайно ускорен и что мою книгу можно издать за месяц, а мне остаётся два – два с половиной месяца работы над ней… По окончании книги пошлю заявление в Наркомздрав и Бурденко, как главному хирургу армии, о предоставлении мне консультантской работы по лечению раненых».

В августе 1941 г. в Москве прошёл Первый Всеславянский митинг, призвавший всех славян встать против Гитлера.

3 сентября 1941 г. — еп. Лука пишет письмо Н.М. Третьяковой в Новосибирск: «В шестьдесят четыре года надену впервые военную форму».

30 сентября 1941 г. — по распоряжению из Москвы через краевое управление НКВД епископ Лука был переведен из места ссылки (Б. Мурта) в г. Красноярск в/ч 1515. Его перевезли самолётом. В тот же день уже из Красноярска еп. Лука пишет сыну Михаилу: «Завтра же начнём оперировать. Прервалась на время моя работа над последней главой об абсцессе лёгкого, но я взял с собой материалы и надеюсь писать здесь».

9 октября 1941 г. – еп. Лука пишет сыну Михаилу: «Я назначен консультантом всех госпиталей Красноярского края и, по-видимому, буду освобождён от ссылки. Меня просили организовать научную работу врачей (их прибыло много, четыре профессора)… буду искать по всем госпиталям, которых много. Устроился отлично».

14 октября 1941 г. – патриархия и патриарший местоблюститель Сергий эвакуируются из Москвы в Ульяновск.

Октябрь 1941 г. – закрыты все антирелигиозные издания.

11 ноября 1941 года в своём третьем Послании к народу Митрополит Сергий писал: «Прогрессивное человечество объявило Гитлеру Священную войну за христианскую цивилизацию, за свободу совести и веры».

29 октября 1941 г. – 1515 – операция Фомы Р.

9 декабря 1941 г. – эвакогоспиталь № 1968 – 8 ран.

11 декабря 1941 г. – госпиталь № 1968 – 3 ран.

Ноябрь 1941 г. – епископ Лука начал чтение лекций для врачей эвакогоспиталя 1515. Одна из хирургов В.А. Суходольская высоко оценила его лекции: «Мы, молодые хирурги, к началу войны мало что умели делать. На Войно-Ясенецкого смотрели мы как на Бога. Он многому научил нас. Остеомиелиты, кроме него, никто оперировать не мог. А гнойных ведь было – тьма! Он учил и на операциях, и на своих отличных лекциях. Лекции читал в десятой школе раз в неделю».

22 декабря 1941 г. – госпиталь № 987 – 12 ран.

24 декабря 1941 г. – госпиталь № 1968 – 7 ран.

31 декабря 1941 г. – госпиталь 1515 – 3 ран.

31 декабря 1941 г. – госпиталь № 985 – 5 ран.

02 января 1942 г. — отчёт В-Я – 4-й корп. госп. № 1515 – 7 ран.

4 января 1942 г. – госпиталь № 985 – 8 ранен.

7 января 1942 г. – госпиталь № 987 – 6 ран.

13 января 1942 г. – 11 школа – 2 операции.

14 января 1942 г. – 1968 – 30 больн.

15 января 1942 г. – 985 – 9 больн.

21 января 1942 г. – 1968 – 5 ран.

21 января 1942 г. – 985 – 2 больн.

25 января 1942 г. – 985 – 7 ран.

31 января 1942 г. – 1968 – 2 операции.

5 февраля 1942 г. – 3 корп. госп. 1515 – 8 б.

7 февраля 1942 г. – 1968 – 55 больн.

7 февраля 1942 г. – 1968 – 8 больн.

11 февраля 1942 г. – 985 – 9 больн.

13 февраля 1942 г. – госп. 3349 – 10 ран.

21 февраля 1942 г. – 11 шк. – 7 б.

24 февраля 1942 г. – 3355 – 12 б.

26 февраля 1942 г. – 7 шк. – 13 больн.

26 февраля 1942 г. – 4 корп. госп. 1515 – 10 больн.

Март 1942 г. – Второй Всеславянский митинг

21 марта 1942 г. – 7 школа – 11 бол.

25 марта 1942 г. – госп. 985 – 4 ран.

27 марта 1942 г. – госп. 983 – 6 ран.

30 марта 1942 г. – 987 – 9 ран.

26 апреля 1943 г. – Приказ № 69 – О повышении качества медицинско-санитарного обслуживания сельского населения.

5 апреля 1942 г. – впервые разрешено празднование Пасхи.

18 мая 1942 г. – 1515 – операция ранен. Ш.

Вот несколько выдержек из писем арх. Луки сыновьям в годы войны.

5 июля 1942 г. – письмо сыну Михаилу.

5 июля 1942 года. Красноярск. «Вчера получил четыре букета цветов от больных командиров… Командиры вызва­ли директора обувной фабрики и заказали сделать мне ботин­ки по мерке и достать резиновые сапоги для операций. Зака­зали также две смены белья, два полотенца, носовые платки. С первого июля живу в новой квартире… В августе поеду в Иркутск, на межобластное совещание главных хирургов…»10)

29 августа 1942 г. – письмо сыну Михаилу.

29 августа 1942 года. «…В Иркутске мне устроили на­стоящий триумф с аплодисментами, не принятыми на съез­дах. В заключительной речи председатель чрезвычайно пре­вознес мой доклад, книгу и операции… По возвращении из Иркутска меня ждал еще сюрприз: без меня приезжал глава Тувинского правительства со свитой. Было большое заседа­ние в нашем госпитале, который тувинцы взяли под свое шефство, и были все красноярские власти… Превозносили мою работу и тувинцы подарили мне часы… Мнение о мне в правящих кругах самое лучшее и доверие полное. Слава Богу!» 11)

8 сентября 1942 г. – госпиталь 1515 – операция ранен. Александру Б.

16 октября 1942 г. – госпиталь 1515 – операция Ивану Ш.

18 октября 1942 г. – еп. Лука пишет сыну Михаилу: «Я дошёл до очень большой раздражительности и на днях перенёс столь тяжкий приступ гнева, что пришлось принять дозу брома, вспрыснуть камфодиз, возникла судорожная одышка. В таких условиях ещё никогда не работал.

18 октября 1942 г. – письмо Михаилу.

18 октября 1942 года. «…Прогрессирует моя творчес­кая работа. Совсем по-новому я стал теперь делать резекции коленного сустава, и моя новая техника будет немалым вкладом в хирургию. Моя операция распила пятки при осте­омиелите и фронтальный распил огромной костной мозоли нижнего конца бедра приводит в восторг хирургов, испытав­ших эти операции. Мои лекции врачами чрез­вычайно высоко ценятся. Их усердно слушают доценты и профессора… Почет мне большой: когда вхожу в большие собрания служащих или командиров, все встают». 12)

8 ноября 1942 г. – письмо Михаилу.

8 ноября 1942 г. «Праздник 25-летия советской власти прошел для меня необыкновенно: четыре дня подряд ме­ня приглашали на торжественные заседания и ужины на трех этажах госпиталя. Их устраивали шефы. Ярко выразилась лю­бовь ко мне больных. Шефы из Крайкома подарили мне пять хороших книг, только что изданных, а жена первого секретаря крайкома принесла мне на квартиру прекрасный торт. За­казали для меня валенки, достали записных книжек. На объ­единенном заседании МЭП, командования и отличников на­шего госпиталя мне опять пришлось заседать в президиуме с коммунистами. Словом, нельзя и ожидать лучшего ко мне отношения». 13)

5 декабря 1942 г. – письмо Михаилу.

5 декабря 1942 года. «Приобретаю большой опыт (во­семьдесят поздних резекций колена, например), изобретаю новые операции. Очень заботятся об улучшении условий мо­ей работы и уже почти не приходится раздражаться. Привезли из Москвы рукопись моей книги. Профессор Приоров прочи­тал ее и написал отличный отзыв…» 14)

11 декабря 1942 г. еп. Лука госпитализирован в больницу Крайкома с сердечным приступом.

12 декабря 1942 года. «Профессор Приоров в своем от­зыве назвал мою книгу одной из самых замечательных в области гнойной хирургии». 15)

18 декабря 1942 г. – операция в г. 1515 красноармейца Василия Г. Сразу же в тот день, когда еп. Лука выписался из больницы.

21 декабря 1942 г. – письмо сыну Михаилу.

         21 декабря 1942 года. «…Мое здоровье неважно: 18.12 я выписался из больницы Крайкома, по-видимому поправив­шись. Но уже на другой день опять слег в постель вследствие большой слабости сердца… Больные и сотрудники заботятся обо мне. Начальник госпиталя доцент-терапевт говорил, что по выздоровлении я не должен работать больше 4-х часов в сутки…» 16)

30 декабря 1942 г. – Митрополит Сергий объявил о сборе средств на танковую колонну имени Дмитрия Донского.

4 января 1943 г. – еп. Лука пишет сыну Михаилу: «Давно обещали открыть у нас одну церковь, но всё ещё тянут и опять останусь без Богослужения в великий праздник Рождества Христова».

         14 февраля 1943 г. – письмо сыну Михаилу.

         14 февраля 1943 года. «Печатанье книги еще не нача­лось, но самым категорическим образом утверждают, что из­дадут тиражом в пять тысяч, а может быть, и десять тысяч… Отношение ко мне здесь самое лучшее, популярность такая же, как в Ташкенте. Шефы из Крайкома узнали, что у меня обветшали рубахи и принялись шить для меня две рубахи, чуть ли не шелковые. Еще одна новая сшита, и кальсоны из подаренной материи, так что белья будет достаточно». 17)

4 марта 1943 г. – первое Богослужение в Николаевской церкви.

5 марта 1943 г. – еп. Лука пишет сыну Михаилу: «Господь послал мне несказанную радость: После 16 лет мучительной тоски по церкви и молчания отверз Господь снова уста мои. Открылась маленькая церковь в Николаевке, предместье Красноярска, а я назначен Архиепископом Красноярским. Конечно, я буду продолжать работать в госпитале, к этому нет никаких препятствий. Я думаю, что резко изменилось отношение правительства к церкви: всюду открываются и ремонтируются за счёт горсоветов храмы, назначаются епископы… Первое богослужение сразу же очень улучшило моё нервное состояние, а неврастения была столь тяжёлая, что невропатологи назначили мне полный отдых на две недели. Я его не начал, и уверен, что обойдусь без него».

22 марта 1943 г. – арх. Лука пишет сыну Михаилу: «Помни, Миша, что моё монашество с его обетами, мой сан, моё служение Богу для меня величайшая святыня и первейший долг. Я подлинно и глубоко отрёкся от мира и от врачебной славы, которая могла бы быть очень велика, что темень для меня ничего не стоит. А в служении Богу вся моя радость, вся моя жизнь, ибо глубока вера моя. Однако и врачебной и научной работы я не намерен оставлять».

24 – 29 марта 1943 г. – конференция хирургов Сибирского военного округа, где арх. Лука сделал блестящий доклад.

23 апреля 1943 г. – еп. Лука пишет сыну Михаилу в Сталинабад: «Я полюбил страдание, так удивительно очищающее душу».

2 мая 1943 г. – арх. Лука написал И. Сталину письмо о необходимости срочного издания его книги, потребность в которой у военно-полевых хирургах была колоссальна.

В Новосибирске на конференции хирургов военных госпиталей Сибирского Военного округа (24-29 марта 1943 го­да) Лука  сделал до­клад на очень важную для хирургов тему о лечении огнестре­льного остеомиелита,  принят слушателями восторженно.

Под свежими впечатлениями 29 марта 1943 года Лука пишет сыну: «Слушали с «наслаждением», с глубоким вниманием, требовали продолжения… Называли доклад не то­лько глубоким, но даже мудрым… Со всех сторон подходили представляться».25)   Действительно подходили, а на другой день во время показательной операции в госпитале, где Лука демонстрировал свой классический распил пятки при остео­миелите, солидные хирурги, начальники отделений, лезли на стулья, чтобы разглядеть ювелирную технику этого чудотвор­ца Войно-Ясенецкого. Да и на живого епископа хотелось им взглянуть поближе: такое не всякий день увидишь.

8 мая 1943 года арх. Лука пишет сыну: «Второго мая я послал Сталину письмо о своей книге с приложением отзыва о ней Приорова и предисловия Мануйлова. В этом предисловии профессор Мануйлов положительно до небес вознес мою кни­гу и ярко подчеркнул ее значение для хирургии войны. Нет сомнения, что Сталин велит издать книгу». 26)

2 июня 1943 года арх. Лука сделал очень тяжёлую операцию офицеру Семёну П. и спас ему жизнь. История болезни этого офицера описана в книге Святителя.

19 апреля 1943 года сыну  Михаилу: «Твои страхи обо мне почти полностью неоснователь­ны. Мое архиерейское служение не считают несовместимым с работой в госпитале и вполне с ним мирятся», — писал Лука. «— В госпитале ничуть не пахнет от меня архиерейским духом, а в церкви я только архиерей и лечить верующих не имею ни­какой возможности. Проповеди мои строго обдуманные и вполне безупречны, нередко даже имеют просоветский характер… Последние мои тюремные страдания глубоко изменили мёня. Стал я удивительно терпимым, кротким, тихим, совсем сгладилась моя былая резкость… Я писал тебе, что дан властный приказ не преследовать меня за религиозные убеждения. Не могу писать более подробно, но важность фак­та ты оценишь и без комментариев». 21)

19 апреля 1943 года: «…Даже если бы не изменилось столь существенно поло­жение церкви, если бы не защищала меня моя высокая научная ценность,  не поколебался бы снова вступить на путь ак­тивного служения церкви. Ибо вы, мои дети, не нуждаетесь в моей помощи, a к тюрьме и ссылками привык и не боюсь их». Надо ли говорить, что такие признания не очень-то успокаивали Михаила Войно-Ясенецкого. Он продолжает пугать­ся сам и пугать родителя. Особенно опасными представляют­ся ему церковные проповеди Луки.

30 июня 1943 года Михаилу: «Твои страхи по поводу моих проповедей преувеличены. Я пользуюсь репутаци­ей большого патриота и сторонника советской власти. А про­поведь — главный долг Епископа». 22)

30 июня 1943 года сообщает он Михаилу: «В Красноярске, в «кругах» говорили  I обо мне: «Пусть служит, это политически необходимо».23)

22 ноября 1943 года с достоинством, хотя и не без горечи: «До сих пор я молился усердно об исцелении Вали, а теперь и о тебе. Но поперек молитвы стоят три твои страшных слова. Всем сердцем про­шу тебя: читай Евангелие и молись Богу… О, если бы ты знал, как туп и ограничен атеизм, как живо и реально обще­ние, с Богом любящих Его…» 24)

1 августа 1943 года еп. Лука пишет сыну Михаилу: «Тяжело переживаю смерть больных после операции. Было три смерти в операционной, и они меня положительно подкосили. Тебе как теоретику неведомы эти мучения, и я переношу их всё тяжелее и тяжелее».

4 сентября 1943 года. Приём Сталиным Митрополита Сергия, Митрополита Алексия и Митрополита Николая.

8 сентября 1943 года – Поместный Собор РПЦ и избрание Патриарха Сергия.

9 сентября 1943 года – избрание Священного Синода.

13 сентября 1943 года – арх. Лука пишет сыну Михаилу в Сталинобад: «Две мои статьи переданы Всеславянским комитетом по радио в Нью-Йорк Таймс. Во время заседания Собора для выбора Патриарха и вчера во время торжественного богослужения нас без конца фотографировали, были члены дипкорпуса. Я состою членом Синода и сегодня было первое заседание… В Чрезвычайной Государственной Комиссии зашёл разговор обо мне, и акад. Тарле сказал, что московские хирурги считают меня крупнейшим хирургом СССР. На Соборе я тоже был на первом месте после двух митрополитов».

7 октября 1943 года арх. Лука пишет сыну Михаилу: «Нарком Третьяков исключительно хорошо отнёсся ко мне. Очень вероятно, что скоро переведут меня в Москву или в Горький».

2 ноября 1943 года арх. Лука написал статью «Бог благословляет справедливую войну против германских фашистов».

9 ноября 1943 года арх. Лука пишет письмо сыну Михаилу.

12 октября 1943 г. председатель Совета по делам РПЦ Г.Г. Карпов обратился с докладной запиской на имя Сталина, в которой предлагал в связи с тем, что «обновленческое течение сыграло свою положительную роль на известном этапе и не имеет уже того значения и базы, принимая во внимание патриотическую позицию Сергиевской церкви, не препятствовать распаду обновленческой церкви, переходу обновленческого духовенства и приходов в патриаршую церковь». На полях документа Сталин сделал пометку: «Тов. Карпову. Согласен с Вами». Таким образом, будущая судьба обновленчества была решена. Патриарху Сергию было высказано пожелание о «желательности в интересах ускорения оформления перехода обновленческого духовенства не предъявлять жестких требований при их приеме». Патриарх согласился и «нашел возможность для известного разряда лиц сделать индивидуальное исключение».

Сотрудники НКВД стали рекомендовать обновленческим архиереям и духовенству писать заявления о покаянии и возвращении в православную

церковь. Соответствующие указания были даны и уполномоченным на местах.

Прием архиереев из обновленчества Патриарх Сергий проводил не в храме, перед всем верующим народом, как это было ранее, а кулуарно, в зале заседаний Синода.

В декабре 1943 года  пришло письмо из Москвы: дирекция Медгиза просила глубокоуважаемого профес­сора поскорее прислать рукопись «Очерков гнойной хирур­гии». И монографию о суставах тоже. Обе книги будут из­даны безотлагательно. А на пороге нового 1944 года уже сам министр здравоохранения РСФСР Третьяков специальной телеграммой извещает красноярского профессора: «…Ваша книга включена Медгизом в план первого квартала (1944 го­да), устанавливаем контроль за ее передвижением. Рукопись будет направлена в Комитет по Сталинским премиям».

Январь 1944 года – назначение на Тамбовскую кафедру.

19 февраля 1944 года – прибытие в Тамбов.

21 февраля 1944 года – одна из первых операций в госпитале №1106.

26 февраля 1944 года – первая всенощная служба в Тамбове.

29 февраля 1944 года – обращения к Уполномоченному о выдаче из музея церковного имущества.

4 марта 1944 года – первый донос на арх. Луку уполномоченного Медведева.

5 марта 1944 года – Божественная Литургия – покаяние обновленческого священника С. А. Петрова из г. Кирсанова.

14 марта 1944 года – арх. Лука написал «чин приёма обновленцев».

15 марта 1944 года – письмо сыну Михаилу.

19 марта 1944 года – доклад арх. Луки на межобластном совещании врачей эвакогоспиталей.

19 марта 1944 года. Второй донос уполномоченного Медведева.

22 марта 1944 года. Визит арх. Луки в Облисполком по вопросу открытия кафедрального собора.

23 марта 1944 года. Арх. Лука написал и разослал «Послание верующим Тамбовской епархии».

26 марта 1944 года. Письмо сыну Михаилу.

29 марта 1944 года. Третий донос уполномоченного Медведева.

5 апреля 1944 года. Указание Совета по делам РПЦ об ограничении деятельности арх. Луки.

15-16 апреля 1944 года – Пасхальная служба.

15 мая 1944 года – умер Патриарх Сергий.

Май 1944 года. Патриарх дал указание арх. Луке умерить активность.

Июнь 1944 года. Объяснение арх. Луки наркому Третьякову и Карпову об иконе в госпитале.

Июнь-июль 1944 года – арх. Лука выдаёт справки незарегистрированным священникам о том, что они пользуются правом священнослужения.

Июль 1944 года

2 августа 1944 года – вышла в свет монография о суставах.

10 августа 1944 года – письмо сыну Михаилу.

21 августа 1944 года – письмо М. В. Войно-Ясенецкой о выходе монографии.

Августа 1944 года – Совет по делам РПЦ запретил арх. Луке служение на дому в Тамбовской области.

Сентябрь 1944 года

Октябрь 1944 года

21 ноября 1944 года. Заседание Священного Синода.

16 декабря 1944 года – приезд в Тамбов епископа Мануила (Лемешевского).

27 января 1945 года. «Я отравился консервами и чуть не умер» — писал арх. Лука своей коллеге М. М. Третьяковой.

31 января – 2 февраля 1945 года – Поместный Собор избрал патриарха Алексия.

19 марта 1945 года – служебная записка арх. Луки в Облздравотдел [А].

28 марта 1945 года – донос уполномоченного на арх. Луку.

5 августа 1945 года – письмо сыну Михаилу о поздравлениях.

2 декабря 1945 года – Постановление СНК о Сталинской премии.

Декабрь 1945 года – вручение арх. Луке медали «За доблестный труд».

  Декабрь 1945 года – уполномоченный Павлов отказался от общения с арх. Лукой.

  Январь 1946 года – донос уполномоченного Павлова в Совет по делам РПЦ.

  Январь 1946 года – присуждение Сталинской премии.

  Февраль 1946 года – награждение арх. Луки бриллиантовым крестом на клобук.

  Февраль 1946 года – письмо сыну Михаилу.

  23 апреля 1946 года – письмо сыну Михаилу.

19 мая 1946 года – последняя проповедь арх. Луки в Тамбове.