На русско-японской войне

 

   Кровавый конвейер   

Весть о вероломном ночном нападении 26 января (8 февраля) 1904 г. японцев на русский флот в семье Войно-Ясенецких восприняли с возмущением, как и во всех уголках России. Решение Валентина поехать на фронт военно-полевым хирургом созрело немедленно, как только он узнал, что Киевский Красный Крест формирует военно-медицинский отряд. Он тут же записывается добровольцем в отряд, и в марте 1904 года становится врачом Киевского лазарета Красного Креста. Родители и не думали отговаривать Валентина. Они знали его твердое намерение стать мужицким врачом и быть там, где народу тяжелее всего. Патриотизм, как и православная вера, были неотъемлемой частью души и характера всех членов семьи Войно-Ясенецких. Ведь недаром же их предки получили приставку Войно к родовой фамилии Ясенецкие. Войно – означает воин, защитник, боец. И облик Валентина чисто бойцовский – богатырский двухметровый рост, мощный торс, сильные руки, твёрдый характер. Гусарские усы, отпущенные Валентином после окончания университета, завершали бравый облик молодого бойца. На групповой фотографии отряда Красного Креста, сделанной перед отъездом, читатель легко найдет в последнем ряду младшего врача Войно-Ясенецкого: ясный, целеустремленный взгляд, гордо поднятая голова и усы вразлёт. Поезд отошел из Киева 30 марта 1904 года. Впереди три недели пути по бескрайним просторам великой России. За окном простирались бесконечные степи, полноводная Волга, Урал, Иртыш, Обь, Енисей, Уральские горы и Алтай, восточно-сибирские сопки и таёжный океан. Даже при взгляде на карту Сибири оторопь берёт от грандиозных размеров тайги. А когда она сопровождает быстро мчащийся поезд день, два, три, неделю, две недели, ум пассажира перестаёт воспринимать тайгу как нечто реальное, а воспринимает её уже как космическое явление, неподвластное охвату и пониманию  ограниченного человеческого мозга. И вся эта ширь, мощь, глубина и необъятность – Россия. Как только посмели жители маленького островного государства поднять руку на этого колосса? – задавался вопросом Валентин. Это ли не безумие, не коллективное помешательство самураев. Неужели им ничего неизвестно о плачевном исходе походов тевтонцев, шведов, литовцев, итальянцев, монголов, турок, французов? Неужели тысячелетние уроки военных кампаний против России ничему не научили? Эти вопросы задавал себе молодой военврач Войно-Ясенецкий в начале XX века. Эти же вопросы задавали себе в то время все русские люди. И не находили разумного ответа. Так же как не находили ответа на эти же вопросы наши соотечественники в 1914, 1941, в 1990-х годах во время необъявленной войны США против России. И весь XX век, так же как и XIX прошел для России в отражении агрессии или в восстановлении военных потерь. Но Россия непобедима. Никто её не одолел за 1000 лет. Монголы захватили 3/4 территории России, Гитлер – 2/3 территории европейской части СССР. Но вся Россия никогда не была под врагом. Её всегда спасал Покров Богородицы. Богородица всегда защищала, и будет защищать Святую Русь как свой Дом, Дом истинной православной веры.

Свои первые впечатления от Западно-Сибирской тайги Валентин Феликсович весьма эмоционально выразил в небольшом письме, написанного после первого дня путешествия по тайге: «Почти целый день сегодня едем тайгой. Какая глушь, какая дикая картина! Тайга не грандиозна, не величественна, но она глуха и мрачна; она какое-то лесное кладбище: бурелом, бурелом без конца, пни обломанные, мёртвые стволы без вершин. Земля вся мокрая, повсюду лужи, кочки. Когда карабкаешься по этим стволам, приходят на память те бродяги, что ходили по этой тайге тысячи верст, и не верится, чтобы человек мог столько перенести. Поезд быстро мчится по тайге, и нельзя оторваться от дикой картины и от ощущения быстрой езды. Целую Вас крепко, крепко. Посылаю один из множества цветов, собранных сегодня в тайге. Целую Всех. Валентин». [  24 ].

Накануне отъезда Валентин обошёл все магазины с медицинской литературой и накупил книг по всем отраслям медицины. Эту библиотеку он взял с собой на фронт, проштудировал досконально во время долгого пути в Читу.

Как многие сибирские города Чита была основана казаками в 1653 году на реке Ингода. Во времена освоения Сибири на новых землях строились остроги. Читинский казачий острог был построен в 1797 году и насчитывал около 300 жителей. Сюда на каторгу были сосланы многие декабристы, которые построили здесь церковь в 1831 году. В этой церкви и происходило венчание военно-полевого хирурга В.Ф.Войно-Ясенецкого и А.В.Ланской. К началу русско-японской войны Чита стала центром Забайкальской области с горнорудной, деревообрабатывающей и местной промышленностью и населением чуть менее 20 тыс. человек.

В Читу поезд прибыл поздним апрельским утром. Отряд Киевского Красного Креста торжественно встретили губернские и военные руководители, радостно приветствовали простые читинцы. В пригороде Читы военно-медицинский отряд расположился лагерем. Начальник госпиталя назначил Валентина Феликсовича заведующим хирургическим отделением.

«В Киевском госпитале Красного Креста возле Читы…было два хирургических отделения; одним заведовал опытный одесский хирург, а другое главный врач поручил мне, хотя в отряде были ещё два хирурга значительно старше меня. Однако главврач не ошибся, ибо я сразу же развил большую хирургическую работу на раненых и, не имея специальной подготовки по хирургии, стал сразу делать крупные операции на костях, суставах и черепе. Результаты работы были вполне хорошими, ошибок я не делал, несчастий не бывало. В работе мне много помогала недавно вышедшая книга французского хирурга Лежара «Неотложная хирургия», которую я основательно проштудировал перед поездкой на Дальний Восток», — пишет Святитель в своей автобиографии. [ 1 ].

И начался конвейер битвы за жизни простых русских крестьян, переодетых в военную форму и брошенных в качестве пушечного мяса в мясорубку войны. Для выпускника медицинского факультета Киевского Университета, видевшего трупы только в качестве учебного экспоната в анатомическом театре, непрерывный поток обезображенных взрывами тел молодых крестьянских парней поначалу был похож на ужасный кровавый сон. Лекции по хирургии даже отдалённо не соответствовали реалиям военно-полевой хирургии. Огнестрельные, колотые и рубленые раны солдат, доставляемых в Читинский госпиталь на третий-пятый день после ранения, как правило, превращались в гнойные раны. А на медицинском факультете не то, что курса гнойной хирургии не было. Отсутствовало само понятие гнойной хирургии. Жестокая практика шаг за шагом превращала фактически практиканта Ясенецкого в профессионального гнойного хирурга. Несколько десятков операций ежедневно, необходимость быстрого анализа характера ранения, постановки диагноза и немедленного принятия хирургического решения дали врачу за первые две недели столько знаний, сколько он не получил за 5 лет университетской учёбы. Это не значило, конечно, что университетская теория ничего не дала. Фундаментальные знания по топографической анатомии стали фундаментом хирургической практики военно-полевого хирурга Войно-Ясенецкого. Он делал точные разрезы, широкие вскрытия, глубокие сечения практически на всех органах. Приходилось оперировать большие суставы, ампутировать конечности и удалять внутренние органы, сшивать части человеческого тела, делать разрезы вдоль гребешка подвздошной кости, работать скальпелем, долотом, пилой, молотком. Уже через 6 месяцев восторженного юношу, тонко чувствовавшего художника, романтически настроенного народника ежедневное зрелище оскала смерти, десятки отрезанных ног и рук, потоки крови, крики и стоны превратили в заматерелого стоика, хладнокровно воспринимающего любые реалии битвы жизни и смерти. Тем более, что он сам был участником этой битвы,

 

 

 

Первый отряд Красного Креста, сформированный при Мариинской общине сестер милосердия в Киеве и отправившейся 30 марта 1904г. на Дальний восток.

Сидящие (слева направо): младший врач В.Ф. Войно-Ясенецкий,…

инструментом в руках Всевышнего, вырывающего жизни своих агнцев из цепких лап дьявольской смерти.

Русско-японская война началась, как уже говорилось, с вероломного нападения без объявления войны японского флота на русскую эскадру в полночь 26 января (8 февраля) 1904 года. В эту ночь на внешнем рейде Порт-Артура дежурил русский броненосец «Ретвизан», первым принявшим на себя смертоносный удар торпедной атаки. В ту же ночь в корейском порту Чемульпо были блокированы русские крейсер «Варяг» и канонерка «Кореец». Утром 27 января наши моряки пытались прорваться через плотный строй японских кораблей из 6 крейсеров и 8 миноносцев. В неравном бою русские корабли получили сильные повреждения и вынуждены были вернуться в порт. Капитан «Варяга» В.Ф.Руднев принял решение уничтожить корабли: крейсер был затоплен, а канонерка взорвана. Народ запечатлел в истории этот подвиг великолепной песней: «Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг», пощады никто не желает». В первые дни войны японский флот нанёс ощутимый ущерб русскому флоту. Сухопутную русскую манчжурскую армию возглавлял военный министр А.Н.Куропаткин. Он служил начальником штаба у генерала М.Д.Скобелева во время русско-турецкой войны 1877-1878 гг. Именно М.Скобелев дал ему лично убийственную характеристику: «Помни, что ты хорош на вторые роли. Упаси тебя Бог когда-нибудь взять на себя роль главного начальника, тебе не хватает решительности и твёрдости воли». Именно нерешительность характера А.Н.Куропаткина как командующего были причиной непрерывного уклонения русских армий от решающих сражений. Валентин Войно-Ясенецкий вместе с другими врачами только успели развернуть полевой госпиталь под Читой, как потянулся поток лёгких и тяжёлых раненных после первого поражения русского Восточного отряда генерала М.И.Засулича. 18 апреля (1 мая) 1905 года три японских дивизии форсировали реку Ялу и около Тюренчена пытались окружить отряд М.Засулича. Потеряв 3 тысячи убитыми и раненными, М.Засулич избежал окружения. 1-2 июня (14-15 июня) корпус русского генерала Штакельберга у станции Вафангоу проиграл бой с втрое превосходящей армией японского генерала Оку. Потеря русских – 3,5 тыс. чел., японцев – 1,1 тыс. чел. В середине июля 1904 г. в Порт-Артуре русский гарнизон был заблокирован японской армией численностью 50 тыс. человек, имевшей 400 орудий. Обороной Порт-Артура руководил генерал Р.И.Кондратенко. Первый штурм крепости 6 (19) августа 1904 года закончился для японцев плачевно. Они потеряли 20 тыс. убитыми. Месяц спустя второй штурм закончился потерей 7,5 тыс. человек. Третий штурм 17 (30) октября принёс японцам ещё большие потери. 9 дней четвёртого штурма, начавшегося 13 (26) ноября, закончились для японцев взятием ключевой горы Высокой, с которой просматривалась вся крепость Порт-Артур. Героически погиб командующий генерал Кондратенко. Вставший на его место трусливый генерал А.В.Фок 20 декабря подписал акт о капитуляции. В плен попали 23 тыс. русских солдат и офицеров. В Маньчжурии 21 августа (3 сентября) 1904 года в Ляодунском сражении русская армия потеряла 17 тыс. чел., а японская армия – 24 тыс. чел.

22 сентября (5 октября) 1904 года после 2-х недельных боёв на р.Шакэ русская армия потеряла свыше 40 тыс. человек. Японцы – 35 тыс.чел.

В Мукденском сражении с 5 по 25 февраля 1905 года русские потеряли 30 тыс. бойцов, а японская армия – 70 тыс. чел. Последним актом войны было Цусимское морское сражение 14-15 мая 1905 года. Русская эскадра была фактически разгромлена. К августу 1905 года численность русской армии была доведена до 800 тыс. человек. А японская армия фактически выдохлась. Но на море японцы главенствовали. Ни одна из воюющих сторон, ни Россия, ни Япония, не были признаны ни победителями, ни побежденными. В этих условиях был заключён 23 августа (5 сентября) 1905 г. Портсмутский мирный договор. За героизм 90 тыс. солдат были награждены высшей наградой — Георгиевским Крестом.

Когда в госпиталь поступил один из офицеров, тяжело раненных в первые месяцы русско-японской войны, и передал врачам разочарованность офицеров в командующем войсками А.Н.Куропаткине и убийственную характеристику, данную Скобелевым, хирург В.Войно-Ясенецкий без одобрения отнёсся к факту осуждения командующего. Но через полгода другой раненный офицер показал ему приказы А.Куропаткина, в которых ставилась задача «дать противнику отпор с должной твёрдостью, но и с благоразумием», и «всеми мерами стремиться избегать решительного боя с превосходящим в силах противника». Валентин не был военным стратегом и не имел военного образования и опыта, и, тем не менее, сразу понял, что блестящих побед русского оружия в этой войне с таким командующим вряд ли следует ожидать. Последующие поражения русских войск в Маньчжурии и ежедневно увеличивающийся поток раненных подтвердил печальные ожидания.

Военно-полевой роман

Несмотря на ужасы войны и кровавый конвейер ежедневных тяжелейших операций, сердце молодого хирурга Ясенецкого-Войно сделало свой выбор. Сестра милосердия Анна Ланская, отказавшая двум врачам в предложении выйти замуж, неожиданно дала согласие Валентину. Это событие описано самим Святителем в мемуарах:

«В Чите я женился на сестре милосердия, работавшей прежде в Киевском военном госпитале, где её называли «святой сестрой». Там два врача просили её руки, но она дала обет девства. Выйдя за меня замуж, она нарушила этот обет, и в ночь перед венчанием в церкви, построенной декабристами, она молилась перед иконой Спасителя, и вдруг ей показалось, что Христос отвернул свой лик, и образ его исчез из киота. Это было, по-видимому, напоминание о её обете, и за нарушение его Господь наказал её невыносимой патологической ревностью», — вспоминает в автобиографии Святитель. [ 1 ].

Запущенный М.Поповским вымысел об абсолютной общественной индифферентности  и патологической аполитичности на протяжении всей жизни В.Ф.Войно-Ясенецкого не выдерживает никакой критики. После женитьбы военно-полевой хирург В.Ф.Войно-Ясенецкий с молодой женой Анной встали перед выбором дальнейшего жизненного пути. Жизненное кредо Валентина быть «мужицким врачом» с энтузиазмом разделила и глубоко верующая супруга. Практически это означало выбор губернии , где есть земские больницы. Земское самоуправление к 1905 году действовало в 35 губерниях, где и существовали  земские больницы. По какому критерию выбрать губернию и земство? Валентин определил для себя: еду туда, где народ плохо живёт. А жил народ особенно плохо в Симбирской, Курской, Саратовской и Черниговской губерниях. Именно в этих губерниях, доведённых до крайней нужды и отчаянья, крестьяне брали в руки топоры и вилы и начинали крестьянский бунт. В 1905 году было зарегистрировано 3230 крестьянских бунтов, причём 1590 пришлось на осень 1905 года. Бунты охватили 240 уездов европейской части России. Крестьяне захватили помещичьи земли и разгромили около 2 тыс. помещичьих усадеб. Именно в Симбирской, Курской и Саратовской губерниях отмечен наиболее широкий размах народного бунта. И именно в этих губерниях работал в 1905-1910 гг. молодой врач В.Ф.Войно-Ясенецкий. Совпадение может быть по одной губернии. Мало вероятно случайное совпадение по двум губерниям. И совсем уж невероятно случайное совпадение по трём губерниям, которые выбрал для своей послевоенной работы военно-полевой хирург Ясенецкий-Войно.

Много жизней русских воинов спас военно-полевой хирург Ясенецкий-Войно, тысячи судеб людских прошли через его руки. В процессе выздоровления раненые бойцы и офицеры часто делились с ним радостями и горестями своих довоенных лет, рассказывали ему о жизни и быте народном в тех губерниях, откуда их забрали на фронт. Так день за днём постепенно в душе Валентина сложилась панорама всероссийской жизни народной, определились губернии с наиболее тяжёлыми условиями народной жизни. К их числу Валентин мысленно отнёс Симбирскую, Курскую, Саратовскую и Ярославскую губернии. Один их раненых офицеров в знак благодарности за спасённую жизнь пригласил Валентина с молодой женой жить и работать у него на родине, в Симбирске. Война заканчивалась, госпиталь постепенно сворачивал свою работу, и Валентин с Анной принять приглашение офицера и поехали в Симбирск. Единственное письменное упоминание о военном периоде работы Святителя мы обнаружили в филиале Госархива Саратовской области в г.Балашове. Здесь в собственноручном заявлении о приёме на работу в Романовскую больницу Валентин Феликсович написал: «Имею честь заявить о своём желании занять место врача Романовской больницы, и сообщить о себе следующие сведения: Киевский университет я окончил в 1903 году, с марта 1904 до января 1905 г. состоял врачом Киевского лазарета Красного Креста в г.Чите». [ 84 ].

В Петербурге 7-9 ноября 1904 года проходил съезд земских деятелей, где были провозглашены уже политические лозунги: созыв народного представительства, проведение политической амнистии, прекращение административного произвола, гарантированная неприкосновенность личности, введение веротерпимости и конституционного строя.

В начале декабря 1904 года царь провел в Царском Селе серию совещаний высших должностных лиц империи о мерах по преобразованию внутреннего строя. Итог подвел Николай II: «Мужик конституцию не поймет, а поймет одно, что царю связали руки, а тогда -  я вас поздравляю, господа!» Правительство и царские чиновники делали все, чтобы сгладить народные волнения мирным путем.

Министерство внутренних дел, судьи и другие органы власти выступали объективным арбитром в спорах рабочих союзов с хозяевами заводов и фабрик, что давало надежду рабочим на помощь царя, и они с удовольствием шли в эти союзы.

В Петербурге активный священник и хороший оратор Г.А. Гапон, уроженец Полтавской губернии, создал и возглавил «собрание русских фабрично-заводских рабочих Санкт-Петербурга», устав которого был утвержден15 февраля 1904 года. Уплатив небольшой членский взнос, члены гапоновских организаций, которых к концу 1904 года было уже 17 во всех рабочих районах, имели возможность бесплатных юридических консультаций, посещений библиотек, концертов, лекций.

Гапоновскими организациями интересовалась не только полиция, но и левые радикалы в лице Гельфанда (Парвуса). Парвус спланировал поэтапно нарастание революционных событий в Петербурге и в Москве: от стачек на крупнейших заводах и фабриках до кульминационного кровопускания во время массового шествия рабочих с петицией к царю. Он финансировал эти мероприятия, включая деятельность отца Гапона, которому верили как рабочие, так и власти. И в советской, и в либеральной исторической литературе о.Гапон оценивается как провокатор, тайный агент департамента полиции. Логика подготовки и проведения шествия 9 января 1905 года говорит о том, что о.Гапон был агентом двойником. Он получал деньги за свою деятельность в рабочей среде как от полиции, так и от Парвуса (Гельфанда). Перед шествием боевики Парвуса заняли удобные для обстрела позиции. Когда колоннам рабочих преградили путь полиция и войска, раздались выстрелы. Это стреляли боевики Парвуса. Стреляли как в полицейских, так и в толпу. Рабочие решили, что стреляет полиция, а полицейские думали, что стреляют рабочие, и открыли ответную стрельбу.

«Провокация 9 января 1905 года в полной мере удалась. Уже потом выяснилось, что Гапон давно замышлял общественное действие, способное поколебать устои и вызвать смуту в стране. Этот человек был абсолютно аморален. Он лгал властям, изображая из себя законопослушного гражданина, лгал людям, уверяя, что их интересы и чаяния ему ближе всего на свете, лгал Богу, говоря о мире и любви, а в душе поклоняясь террору и насилию. Он мастерски лицедействовал». [ 30 ].

Царь был потрясен и в своем дневнике 9 января 1905 года записал: «Тяжелый день! В Петербурге произошли серьезные беспорядки вследствие желания рабочих дойти до Зимнего дворца. Войска должны были стрелять в разных местах города, было много убитых и раненых. Господи, как больно и тяжело!». [ 45 ]. Было убито и ранено более 300 человек. Революция началась. Были созданы советы. Петербургский Совет рабочих депутатов возглавил Гельфанд (Парвус).

18 февраля 1905 года – весьма знаменательный день. Именно в этот день по случайному совпадению были одновременно опубликованы три в высшей степени важных документа. Никто никогда не смог объяснить с достаточной долей достоверности, почему все три были опубликованы одновременно. Первый документ – манифест Николая II, обращенный с призывом ко всем «истинно русским людям» объединиться вокруг трона и дать отпор попыткам подорвать древние основы самодержавия, без которых невозможно существование самой России. Второй документ – рескрипт новому министру внутренних дел Булыгину разработать «совещательный» статус Думы. Третий – Указ, предписывающий Сенату принимать к рассмотрению прошения, врученные или направленные ему представителями различных слоев населения. Эти императорские Указы всех озадачили, однако наибольшее внимание привлекло предписание о подготовке совещательного статуса Думы. Существенное значение имел и указ о прошениях, в той его части, где любому гражданину давалось право на организацию митинга. [ 29 ].

Зимой 1905 года беспорядки из Петербурга перекинулись в деревню. Во многих губерниях происходили захват земель, разграбления и поджог барских усадеб. 14 июня 1905 года впервые вспыхнул бунт в армии: восставшая команда перебила офицеров и удерживала броненосец «Князь Потемкин-Таврический» до 25 июня.

В мае 1905 года в Москве состоялся съезд земских и городских деятелей, который принял решение о необходимости принятия конституции и избрал делегацию во главе с князем С.Н. Трубецким для встречи с царем. 6 июня 1905 года эта встреча произошла. Фактически впервые Николай II встретился лицом к лицу с оппозицией. Завершилась встреча словами Николая II: «Я скорбел и скорблю о тех бедствиях, которые принесла России война, и которые необходимо еще предвидеть, и о всех наших внутренних неурядицах. Отбросьте сомнения: Моя Воля – воля Царская – созывать выборных от народа – непреклонна. Пусть установится, как было встарь, единение между Царем и всею Русью, общение между Мною и земскими людьми, которое ляжет в основу порядка, отвечающего самобытным русским началам. Я надеюсь, вы будете содействовать Мне в этой работе». [ 45 ].

6 августа 1905 года опубликован царский манифест, устанавливающий в России новый выборный орган – Государственную Думу.

9 октября 1905 г. в Петергофе, Витте вручил царю меморандум, впервые опубликованный в «Красном архиве», где говорилось: «Основной лозунг современного общественного движения в России – свобода…

Не год назад, конечно зародилось нынешнее освободительное движение. Его корни в глубине веков – в Новгороде и Пскове, в Запорожском казачестве, в низовой вольнице Поволжья, церковном расколе, в протесте против реформ Петра… в бунте декабристов, в деле Петрашевского1).

Человек всегда стремится к свободе. Человек культурный – к свободе и праву, к свободе, регулируемой правом и правом обеспечиваемой…

Руководство требует прежде всего ясно поставленной цели. Цели идейной, высшей, всеми признаваемой.

Такая цель поставлена обществом, значение ее велико и совершенно несокрушимо, ибо в цели этой есть правда. Правительство поэтому должно ее принять. Лозунг «свобода» должен стать лозунгом правительственной деятельности. Другого исхода для спасения государства нет.

Ход исторического прогресса неудержим. Идея гражданской свободы восторжествует, если не путем реформ, то путем революции. Но в последнем случае она возродится из пепла ниспровергнутого тысячелетнего прошлого. Русский бунт, бессмысленный и беспощадный, все сметет, все повергнет в прах. Какой выйдет Россия  из беспримерного испытания, — ум отказывается себе представить; ужасы русского бунта могут превзойти все то, что было в истории. Возможное чужестранное вмешательство разорвет страну на части. Попытки осуществить идеалы теоретического социализма – они будут неудачны, но они будут несомненно, — разрушат семью, выражение религиозного культа, собственность, все основы права.

Как в пятидесятых годах правительство объявило освобождение крестьян своим лозунгом, так в настоящий неизмеримо более опасный момент государственная власть не имеет выбора: ей надлежит смело и открыто стать во главе освободительного движения.

Идея гражданской свободы ничего угрожающего бытию государства в себе не заключает…

Освободительное движение порывает, правда, с формальным прошлым, но разве освобождение крестьян не было также отказом от векового прошлого.

…Государственная власть должна быть готова вступить и на путь конституционный. Это слово не должно пугать и быть под запретом. Государственная власть должна искренно и явно стремиться к благу2). [ 175 ].

17 октября 1905 года был опубликован царский манифест, даровавший России свободу. Манифест предусматривал:

  1. Даровать населению незыблемые основы гражданской свободы на началах действительной неприкосновенности личности, свободы совести, слова, собраний и союзов.
  2. Не останавливая предназначенных выборов в Государственную Думу, привлечь теперь же к участию в Думе, в мере возможности, соответствующей краткости остающегося до созыва Думы срока, те классы населения, которые ныне совсем лишены избирательных прав, предоставив, засим, дальнейшее развитие начала общего избирательного права вновь установленному порядку.
  3. Установить, как незыблемое правило, чтобы никакой закон не мог восприять силу без одобрения Государственной Думы и чтобы выборным от народа обеспечена была возможность действительного участия в надзоре за закономерностью действий поставленных от нас властей.

Главным принципом любой Конституции является положение о том, что верховная власть не может принять закона без одобрения представителей народа. С опубликованием манифеста абсолютная власть стала делом прошлого.

Собрания, на которых вырабатывались разного рода наказы, породили бесчисленное множество новых союзов. Практически вся страна «обсоюзилась». Появились союзы университетской профессуры, союзы учителей, союзы юристов, врачей и инженеров, архитекторов, актеров, работников почты, железных дорог и многие другие. Важную роль играл созданный одним из первых союз железнодорожных служащих. Его члены придерживались строгой дисциплины и обладали великим «esprit de corps» (корпоративным духом)союз внес огромный вклад в революцию 17 октября 1905 года. Высокой дисциплиной и развитым чувством локтя отличался также Союз работников почт и телеграфа. Эти два союза много сделали для установления контактов между группами населения, действовавших до тех пор крайне разрозненно и разобщено. [ 29 ].

Все союзы (включая крестьянский) вошли в федерацию, получившую название «Союз Союзов», и эта организация стала центром всего освободительного движения. В ее работе принимали участие многие члены «Союза освобождения» и многочисленные представители рабочего класса. Председателем ее был избран известный историк и видный политик профессор П.Н. Милюков, сыгравший одну из лидирующих ролей в оппозиционном царю движении и ставший министром после февраля 1917 года.

1)Дело Петрушевского было связано с деятельностью тайного кружка санкт-петербургских молодых интеллектуалов, которые в период с 1845 по 1848 год занимались изучением революционных идей французского социалиста Фурье. Их программа преобразования России предусматривала освобождении крестьян, введение судов присяжных и осуществление свободы печати. Некоторые из членов этого кружка, в том числе Ф.М. Достоевский, не удовлетворенные «умеренностью» большинства, обсуждали между собой планы немедленных революционных действий. Хорошо известно, что Достоевский и некоторые его сообщники были приговорены за эту деятельность к смертной казни, которая в последний момент была заменена тюремным заключением в Сибири. Роман Достоевского «Мертвый дом» основан на опыте его пребывания в Сибири.

2) Красный архив. М. 1928 г.

 

Облегчить и улучшить трудную жизнь народа надо не путем митингов и манифестаций, а конкретными практическими делами на местах, в земствах – строительство школ, библиотек и обучение крестьянских детей, организация больниц и амбулаторий, помощь крестьянам новой агротехнологией и машинами и др. такова была позиция молодого земского врача  В.Ф. Ясенецкого-Войно.